В критические моменты обычный обыватель все подвергает сомнению, а следователь и судья – экспертизе. В этом наглядно убеждаешься, когда знакомишься с работой Центра судебных экспертиз и криминалистики Министерства юстиции Беларуси. Он осваивает все новые сферы и направления исследований. Об этом и шел разговор в интервью нашего корреспондента с директором Центра судебных экспертиз и криминалистики Александром КАДЫШЕВЫМ.

— Александр Васильевич, в том, что значение экспертизы нельзя переоценить при установлении истины в судебном споре, убедился на конкретных примерах из газетной практики. Приведу всего один. Много лет назад судья решила без экспертизы, только на показаниях свидетелей установить отцовство ребенка. Это привело к тому, что Иван Бекасов, назначенный судом отцом, 16 лет платил алименты не на свою дочь («Р» об этом писала в номере за 18 июля с.г.). Неудивительно, что многие читатели и уповают на экспертизу и добиваются ее…

— В настоящее время в нашем центре производится 60—65 % экспертиз по установлению отцовства, назначаемых судами Беларуси. Ожидается, что в этом году в центр поступит более 1000 дел по установлению родства (отцовства). Ежегодный прирост по данной категории дел составляет более 20 %. Следует отметить, что в Беларуси ДНК-анализ в качестве экспертизы наиболее доступен для населения по цене среди всех стран СНГ.

Подавляющее большинство дел касается установления (исключения) отцовства. По результатам прошлого года по всем исследованиям в 23 % случаев отцовство исключилось. В тех случаях, если дело в суде инициирует женщина (мать), статистика дает 15 % исключений отцовства, но если дело возбуждает предполагаемый отец, процент исключения отцовства составляет уже 42 %.

По требованиям детских домов у нас проводится экспертиза по установлению отцовства и материнства в отношении неблагополучных лиц, чьи дети содержатся в госучреждении. Есть случаи, когда отцы в добровольном порядке доказывали отцовство и забирали детей из детдома, куда они попадали из-за асоциального образа жизни матерей. В частности, работая с детскими домами, мы помогли мальчику двух с половиной лет найти своего отца. Он, немец из Баварии, в итоге и увез ребенка в Германию. Об этом сообщалось в СМИ в прошлом году.